II

Ты сладострастней, ты телесней
Живых, блистательная тень.
Баратынский

Распахнулась атласная шубка...
Не сердись на меня, голубка,-
Не тебя, а себя казню.
Видишь там, за вьюгой крупчатой,
Театральные арапчата
Затевают опять возню.

Как парадно звенят полозья
И волочится полость козья.
Мимо, тени! Он там один.
На стене его тонкий профиль.
Гавриил или Мефистофель
Твой, красавица, паладин?

Ты сбежала ко мне с портрета,
И пустая рама до света
На стене тебя будет ждать.
Так пляши одна без партнера,
Я же роль античного хора
На себя согласна принять.

Может быть, мне было б приятно
Вмять тебя в полотно обратно,
Если бы не такая ночь,
Когда нужно платить по счету,
А дурманящую дремоту
Мне трудней, чем смерть превозмочь.

Ты в Россию пришла ниоткуда
О, мое белокурое чудо,
Коломбина десятых годов!
Что глядишь ты так смутно и зорко,
Петербургская кукла, актерка
Ты - один из моих двойников -

К прочим титулам надо и этот
Приписать. О, подруга поэтов!
Я - наследница славы твоей.
Здесь под музыку дивного метра -
Ленинградского дикого ветра,
Вижу танец придворных костей.

...................

Оплывают венчальные свечи,
Под фатой поцелуйные плечи...
Храм гремит: «Голубица, гряди!»
Горы пармских фиалок в апреле
И свиданья в Мальтийской Капелле,
Как проклятье в твоей груди.

Дом пестрей комедьянтской фуры,-
Облупившиеся амуры
Охраняют Венерин алтарь.
Спальню ты убрала, как беседку,-
Деревенскую девку-соседку
Не признает веселый скобарь.

И подсвечники золотые,
И на стенах лазурных святые -
Полукрадено это добро.
Вся в цветах, как «Весна» Боттичелли,
Ты друзей принимала в постели,
И томился дежурный Пьеро.

***

Твоего я не видела мужа -
Я - к стеклу прикипавшая стужа,
Или бой крепостных часов,
Ты не бойся - дома не мечу.
Выходи ко мне смело навстречу -
Гороскоп твой давно готов.